Власти и чиновники не выполняют свои обязанности? Нет отопления зимой? Отказывают в медпомощи? Требуют взятки? Столкнулись с проблемой, которую не решить в одиночку? Пишите нам АБСОЛЮТНО АНОНИМНО! Мы донесем ваше сообщение до ответственных лиц и добьемся решения на высшем уровне. Давайте вместе отстаивать справедливость!
В российском телеграм-пространстве опять скандал. Крупнейший Z-канал «Рыбарь» прямо обвинил Минобороны в том, что ведомство штампует фейковые отчеты о победах. Скандал разгорелся из-за села Боровая в Харьковской области.
В Москве бодро отчитались, что село взяли. А на деле, как пишет «Рыбарь», российские военные зашли туда еще в апреле, но из-за проблем со снабжением быстро отступили. Чтобы скрыть провал, командиры устроили постановочные съемки глубоко в тылу. Ложный отчет улетел на самый верх, и новый министр обороны Андрей Белоусов уже успел официально поздравить бойцов с несуществующей победой.
”
«Большая часть видео, якобы подтверждающих взятие Боровой, на самом деле снималась в двадцати пяти километрах от передовой, в селе Коломыйчиха, которое давно под нашим контролем. Занятно, что Коломыйчиха не первый раз играет роль декорации для ложных докладов. Ранее там же снимали «контроль» над Новоплатоновкой после крайне неудачного штурма. Точно так же съемки в тыловой Таволжанке в свое время выдавали за заход в Купянск. Ложные доклады наверх продолжаются», — сообщается в тг- канале.
Но рисование виртуальных побед на картах — это не просто показуха, это реальные жизни. Военкоры бьют тревогу, что из-за вранья в рапортах штурмовики на передовой оказываются в смертельных ловушках. Военкор Романов объясняет, мол, следующее наступление штаб планирует по выдуманным отчетам.
”
«Это худшее, что может происходить на войне — ложь в рапортах. Командиры на местах боятся получить нагоняй за сорванный штурм, поэтому спешат доложить: «всё взяли, закрепились». Наверх уходит красивая папочка, министр подписывает поздравление, а по факту — наших ребят там уже выбили, и позиций нет. И когда на основе этой лжи планируют следующий удар, артиллерия бьет не туда, а пехоту отправляют в никуда. Эта показуха стоит нам сотен жизней», — подчеркивает Романов.
Эта история с Боровой случилась как раз на фоне заявлений Сергея Лаврова о десятках освобожденных поселков в две тысячи двадцать шестом году. Политолог Василий Зайцев говорит, что разрыв между красивой картинкой на экранах и жесткой реальностью в окопах начинает откровенно злить даже самых преданных сторонников.
”
«Белоусова ставили в Минобороны как раз для того, чтобы убрать эту шойгувскую показуху и навести порядок. Но система, похоже, ломает и его. То, что главный патриотический канал поймал министра на чтении фейков — это сильный удар по репутации. На фронте растет глухое недовольство. Люди видят, что методы не изменились: ради галочки в отчете генералы готовы выдавать желаемое за действительное, окончательно теряя доверие своей же армии», — дополняет Зайцев.
В самом Минобороны на обвинения «Рыбаря» пока никак не отреагировали. Но очевидно, что скрывать реальное положение дел на земле становится всё труднее. Впервые с 23 года армия россии на всех направлениях начала терять занятые раньше в кровопролитных боях территории.
Удары по нефтеперерабатывающим заводам в центре страны, похоже, серьезно просадили нефтяной рынок. В европейской части России практически не осталось крупных НПЗ, которые бы не атаковали дроны. Накануне под удар попал Ярославль — в ночь на 22 мая там атаковали завод «Славнефть-ЯНОС».
Очевидцы опубликовали видео, на котором видна мощная вспышка и огненное пламя. Местные власти заявили, что всё в порядке и разрушений нет. Этот завод в первой пятерке по стране. А если вспомнить, что прямо сейчас из-за прошлых ударов стоят установки в Рязани и Нижнем Новгороде, а пару дней назад полыхало в Сызрани, ситуация вырисовывается тревожная. Однако в Кремле рисков не видят/
”
«Нет, Кремль не видит рисков с обеспечением топливом внутри страны. Действительно, в каких-то районах может сокращаться производство, но это, кстати, связано в том числе и с плановыми сезонными профилактическими работами. Весь топливный баланс в России рассчитан, он обладает необходимой компенсационной системой. Министерство энергетики держит этот вопрос на постоянном контроле», — говорит пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.
Но контролировать ситуацию становится всё сложнее. По данным международного агентства Рейтер, из-за весенних налетов Россия лишилась четверти всех своих перерабатывающих мощностей. А объемы производства бензина упали до минимума за последние семнадцать лет. Журналисты подсчитали, что с начала СВО по заводам ударили уже больше ста пятидесяти раз.
Причем в этом году интенсивность атак выросла втрое. Чтобы на заправках не начался хаос прямо во время посевной, правительство полностью запретило вывозить бензин за границу.
”
«Пока нас спасает только то, что Россия изначально производила топлива в два раза больше, чем тратила сама. По бензину излишек был процентов пятнадцать, по дизелю — вообще сто процентов. То есть подушка безопасности была. Но этот запас не бесконечный, а ущерб уже гигантский. Если Украина продолжит атаковать заводы так же плотно и широко, то перекрывать дыры за счет внутренних маневров и запрета экспорта просто не получится. Рынок начнет лихорадить», — отметил эксперт рынка Сергей Вакуленко.
Пока чиновники обещают, что бензина хватит всем, а недостаток в центре страны перекроют за счет поставок из Сибири, водители замечают, что цены на АЗС потихоньку ползут вверх.
Новый скандал в армии. Родственники срочников заявляют, что прикрываясь обучением новым технологиям, в том числе управлению дронами, молодых ребят силой привлекают к боевым задачам и издевательства.
Очередной случай произошел в Мурманской области, в восьмидесятой мотострелковой бригаде. Мать срочника Родиона Юрченко говорит, что сына отправили в часть якобы учиться на оператора БПЛА. Но вместо учебы начались регулярные побои и изоляция.
”
«Никакого обучения там нет и близко. Когда мы начали жаловаться, сына избил сержант, отобрал телефон и пригрозил, что если еще хоть одна жалоба уйдет наверх, живым он оттуда не выйдет. Капитан при парне порвал его рапорт о переводе и прямо сказал: людей не хватает, будете выполнять боевые задачи. Сыну просто сунули в руки автомат и заявили: «Заткнись, падла, ты будешь стоять в нарядах и делать всё, что прикажут, и никого это не интересует». Я боюсь за его жизнь, там над мальчишками просто издеваются», — делится мать военнослужащего срочной службы.
Достучаться до командования мать срочника не смогла. Командир четырнадцатого армейского корпуса Борис Фомичев с позывным «Шрек» заявил семье, что прокуратура ему не указ, а реагировать на материнские жалобы он не собиpается. Юрист Сергей Кривенко отмечает, что из-за тяжелых потерь на фронте командиры на местах используют призывников, чтобы просто закрыть дыры в личном составе.
”
«Мы видим системный кризис. Срочников формально призывают на тыловые специальности, но на деле бросают на передовую как обычную пехоту. Командиры чувствуют абсолютную безнаказанность, потому что сверху требуют удержать позиции любой ценой. Ответ генерала «у меня таких тысячи» — это реальное отношение к людям. Военная прокуратура часто закрывает глаза на нарушения из-за жесточайшего кадрового голода в войсках», — подчеркивает Кривенко.
Официальные заявления Минобороны о том, что срочники не участвуют в боевых действиях, всё сильнее расходятся с реальностью. Это подрывает доверие к призыву и усиливает панику среди родителей в ходе текущей весенней кампании две тысячи двадцать шестого года.
”
«Раньше дедовщина была бытовой, а теперь она стала боевой. Командиры ломают ребят психологически, чтобы они не смели отказываться от выходов на опасные участки. Жаловаться в прокуратуру внутри части сейчас смертельно опасно. Единственный шанс спасти ребенка — поднимать максимальный шум в прессе и требовать личного вмешательства центрального аппарата. Родителям нужно объединяться, потому что систему армейского призыва законы сейчас не волнуют», — говорит секретарь комитета матерей солдат Валентина Мельникова.
Отмечу, чтов этом году в армии впервые количество потерь превысило набор новых солдат. Желающих подписать контракт с Минобороны нет даже среди студентов-должников.
Этот важнейший стратегический объект находился в городе Снежное Донецкой области на расстоянии 120 км от линии фронта. В школе готовились элитные подразделения дроноводов.
И до недавнего времени считалось, что это место находится в относительной безопасности. Однако ВСУ нарастили производство тяжелых ударных дронов средней дальности и атаки далеко за линию соприкосновения участились. В учебное здание дроновых войск ударило одновременно 11 БПЛА. Погибло 65 курсантов, сколько было ранено — неизвестно.
”
«Значит, теперь стопроцентно подтверждено, что это действительно были люди, которые должны были работать в составе дронового подразделения уровня Рубикон. То есть это практически беспилотная элита. Во-первых, они там жили и их поймали как раз тогда, когда они, очевидно, пошли на покой. Во-вторых, этот удар, он оказался максимально болезненным с точки зрения вторичной детонации. То есть, иными словами, украинцы выяснили, что там хранится ещё и боекомплект. Ну, как раз вот эти вот боевые части, которые приделаны к дронам, которые прямо там и собирали. Это и учебный центр, и сборочный цех, здание двойного назначения. По сути, мини-завод и школа», — говорит военный эксперт Александр Ткачев.
В результате атаки также были уничтожены производственные и ремонтные помещения, где находились в частности, несколько бронеавтомобилей «Тигр», привезенные на ремонт. Техника была полностью уничтожена. Также утверждается, что погиб руководитель школы подготовки пилотов дронов — подполковник с позывным «Бурый». Оценить масштабы такой потери, крайне тяжело.
”
«Учебные центры — это ведь не просто помещение, где могут люди находиться. Это очень важное оборудование. И получается здесь и оборудование сборки, а оно дорогое, и оборудование, очевидно, для обучения. Ну, например, тренажёры. То есть это точно не то, что можно восстановить за день, за неделю и даже за месяц. Ну вот теперь представьте, уничтожение такого количества персонала, то есть 65 только убитых, это десятки, если не сотни миллионов долларов, выброшенных на ветер, потому что все они должны были бы как раз менять ход войны, это само по себе тяжелейший удар по воентехническому аспекту российской армии. Но помимо этого это ещё и тяжелейший удар конкретно по Кадырову и по Ахмату», — рассказывает военный аналитик Михаил Климов.
Считается, что значительную часть курсантов-дроноводов, которые дислоцировались в Снежном, составляли именно “ахматовцы”. Остается непонятным, почему такой важный объект, как учебный и производственный центр БПЛА не был как следует защищен системами ПВО.
”
«Что такое 11 ударов по ключевому стратегическому объекту? Это означает, что там вообще был полный провал ПВО, потому что ПВО должно было охранять эту территорию. Там должно было быть по круг кучу панцирей, кучу туров, кучу буков. А получилось, что 11 как минимум FP2, крупных дронов с крупными боевыми частями, вроде бы заметных для ПВО, прошли через вот это воздушное пространство, как горячий нож через топлёное масло. То есть это чудовищный провал противовоздушной системы России», — дополняет военный эксперт Семен Кудрин.
Дроны все чаще бюьт по некогда защищенным тылам России. Причина — большая нехватка систем ПВО. Предыдущие месяцы ВСУ их активно выбивали, а затем приступили к наращиванию ударов вглубь России. Закрыть такие потери вовремя не удается, ведь подобные системы производятся долго и в штучном количестве.
Бизнес, похоже, остался без страховой защиты от атак беспилотников. Шокирующим прецедентом закончилось судебное разбирательство в Ростове-на-Дону.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд освободил страховую компанию «ВСК» от выплаты ста тридцати пяти миллионов рублей нефтебазе под Анапой, которая серьезно пострадала от удара БПЛА. Логика судей такова: официально состояние войны в России не объявлялось, а значит, никаких военных действий в Краснодарском крае не велось. Разрушения от дронов суды теперь называют последствиями терактов. А теракты автоматически входят в список исключений, по которым страховщики имеют полное право не платить. В итоге владельцы предприятий остаются один на один с огромными убытками.
”
«Это тяжелый удар по всему промышленному сектору. Нефтебазы и НПЗ прикрывать с воздуха полностью не получается, прилетает регулярно. Бизнес годами платил огромные взносы, рассчитывая на полисы. А теперь страховой рынок нашел идеальную лазейку. Раз юридически идет СВО, а не война — платить никто не обязаны. Предпринимателей просто оставили без финансовой подушки», — отмечает аналитик Игорь Юшков.
Отсутствие выплат и реальной помощи от государства уже приводит к банкротству крупных производств. В Белгородской области о закрытии и подаче заявления в арбитраж объявил знаменитый шебекинский завод «Монокристалл».
До 2022 года это предприятие было одним из мировых лидеров по выпуску синтетических сапфиров для смартфонов, часов, а также для микросхем в ракетах и дронах. Но после регулярных обстрелов в Шебекино, потери европейских рынков и взрывного роста долгов уникальный завод просто прогорел. Его долги превысили активы почти на четыре миллиарда рублей, а штат сократился в два раза.
”
«Кейс завода в Шебекино показывает реальную картину: прифронтовой бизнес тонет, и спасать его некому. Из-за повреждений оборудования им пришлось брать огромные кредиты, краткосрочные займы выросли почти в пятьдесят раз. Страховка не сработала, а субсидий от государства на покрытие таких дыр просто нет. Мы видим, как из-за неопределенного юридического статуса боевых действий экономика теряет высокотехнологичные производства», — пишет финансист Ян Арт.
Эксперты отмечают: ситуация, когда прилет копеечного дрона может за день обанкротить завод-гигант без права на компенсацию, делает инвестиции в российскую промышленность слишком опасными.
”
«Формулировка суда «война не объявлялась» — это четкий сигнал бизнесу от государства: спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Вы можете платить налоги, выполнять госзаказы, но если в ваш цех прилетит беспилотник — это ваши личные проблемы. В две тысячи двадцать шестом году мы увидим целую волну таких банкротств. Региональные бюджеты сейчас сами еле концы с концами сводят, им не до поддержки частного капитала. Правила игры стали экстремальными: риски растут, а защитить свои деньги бизнес юридически больше не может», — рассказывает предприниматель и экономист Дмитрий Потапенко.
Пока крупные корпорации пытаются судиться, средний и мелкий бизнес в приграничных регионах закрывается и вывозит остатки оборудования. Работать в условиях, когда страховые полисы превратились в пустые бумажки, готовы далеко не все.
Совокупная мощность всех НПЗ, которые полностью или частично прекратили работу после атак, превышает 83 млн тонн в год, или около 238 тысяч тонн в сутки.
При этом доля атакованных заводов в общем производстве топлива превышает 30% по бензину и около 25% по дизельному топливу. Ситуация приобрела угрожающий характер, но остановить ее как либо не представляется возможным.
”
«То, что сейчас происходит из-за выбытия производственных мощностей в центральных регионах России, это уже не решаемая проблема, в принципе. То есть, если Украина продолжит делать то, что она делает, что мы сейчас видим, и мало кто это понимает. Внимание. Потребление России по бензинам — 100.000 тонн. Сейчас в России, по разным оценкам, производится в день от 35 до 45.000 бензинов. Стоит восемь из десяти крупнейших производителей бензина. Ещё раз повторю, восемь из десяти крупнейших производителей бензина не производят сейчас топливо совсем», — считает экономист Вячеслав Ширяев.
Среди атакованных НПЗ — Киришский, Московский, а также заводы в Нижнем Новгороде, Рязани и Ярославле. В среду стало известно, что атакованный 17 мая НПЗ в Капотне остановил производство топлива. Там в результате попадания БПЛА три человека погибли, а 12 получили ранения. Ранее расположенный в Капотне Московский НПЗ производил около 14 млн тонн топлива в год и являлся ключевым для центральных регионов России.
”
«И если позавчера я говорил, что хотя бы Московский нефтеперерабатывающий завод, не поражён, и это как-то сдвигает тот апокалипсис, который нам всем казался уже неизбежен, то вчера я получил информацию, что он всё-таки стоит. То есть, стоит восемь из десяти заводов, остатков примерно на 7 дней, особенно в центральной части России. Везти бензины нужно из Сибири, с Томского нефтеперерабатывающего, с Дальневосточного, с Комсомольска на Амуре. Сибирью, конечно же, пожертвуют, Дальним Востоком пожертвуют. Сейчас главная задача власти — это не допустить бензиновой паники в Москве и в Петербурге, потому что это два самых главных потребителя бензинов», — говорит эксперт по нефтегазовому рынку, Николай Вербицкий.
Россиян снова ждет дефицит бензина, километровые очереди на заправках и рост цен. Однако на этот раз ситуация гораздо серьезнее, чем она была осенью 2025 года.
”
«Вы понимаете, что происходит? А если завтра Украина так планомерно выбьет оставшиеся 75% от оставшихся после всех выбытий мощностей, страна встанет, паралич. То есть мы в начале июня будем обсуждать уже не дефицит бюджета, там не поездку Путина в Китай, что там с банковским кризисом, с рынком жилья. Это всё отойдёт на второй план, потому что страна встанет без бензина. Беларусь не даст бензина. Никто не даст бензина. Ситуация на мировых рынках по бензину сейчас сами знаете какая из-за иранской войны. Остаться без бензина, остаться с неездящими фурами, которые просто не могут заправиться, остаться с очередями на на АЗС и просто не знать, где взять бензин, эта ситуация через 2-3 недели может остановить страну. И это страшнее, чем поражение на фронте», — дополняет экономист Игорь Ратный.
Россия ежедневно потребляет 100 тысяч тонн топлива, но уже сейчас производит чуть больше трети от потребности. При этом удары по НПЗ не прекращаются. А значит остановить дефицит бензина и рост цен на него просто невозможно, говорят эксперты.
Этот проект газопровода из России в Китай через Монголию начали обсуждать еще в далеком 2014 году после запуска первой «трубы» «Сила Сибири».
Мощность нового газопровода должна была достигать 50 млрд кубометров газа в год. Однако переговоры затянулись по сей день из-за споров о цене, маршруте и условиях поставок. Обсуждали проект и на встрече Владимира Путина и Си Цзиньпина в Китае. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков по итогам переговоров двух делегаций излучал сдержанный оптимизм.
”
«В целом основные параметры понимания по «Силе Сибири — 2» есть. И по маршруту есть, и по тому, как это будет строиться. Какие-то нюансы осталось договорить, но в целом такое понимание уже имеется», — сообщает Песков.
Однако, по словам Пескова, четких сроков реализации данного проекта пока нет. При этом он назвал достигнутые договоренности «достаточно большим достижением». Хотя в длинном перечне соглашений, опубликованном на сайте Кремля по итогам переговоров, проект не упомянут вообще. Причина в том, что со времени тех первых договоренностей по проекту, экономические условия обеих стран изменились.
”
«Есть объективные условия, которые в отличие от четырнадцатого года не позволяют заключить такую дружескую политическую сделку. Это вопрос цены, но кажется, что та цена, которую стороны обсуждают, она просто неприемлема теперь уже с экономической точки зрения для самого Газпрома. Даже по старым оценкам, вот эта вторая нитка будет стоить порядка 13,5 млрд долларов. С точки зрения бюджета, одна труба будет стоить около четверти всех оставшихся государственных резервов. Просто кто-то должен уступить первым и пойти уже не просто на худшие условия, а на условия, которые делают экономику проекта ну на грани убыточности или окупаемой за какие-то безумные там, не знаю, 100 лет», — говорит экономист Николай Корженевский.
Поэтому Москва хочет переложить расходы на строительство «Силы Сибири — 2» на плечи самого Китая. Хотя трубопровод важен, в первую очередь, для России, ведь с помощью него можно частично компенсировать выпадающие доходы и объемы экспорта газа в Европу. Но есть одно но. Сейчас Китай все меньше потребляет газа.
”
«Когда подписывали первые договорённости в 2014 году, Китаю нужно было очень много энергии. Экономика очень бурно росла. Прогнозы по потреблению энергии в Китае были феноменальными. Ровно с 2015 года вот этот органический рост в китайской экономике прекратился. В 2025 году мы знаем, что потребление того же газа было ниже, чем в 2024. В 2026, будет ниже, чем в 2024. И вот тут приходит Газпром и говорит: подпишите, пожалуйста, вот на этот гигантский объём контракт и ещё и на 30 лет, когда на самом деле уже сейчас дополнительные объёмы не очень нужны», — рассказывает экономист Виталий Бевзин.
Напомню, Пекин много раз откладывал решение о подписании контракта по “Силе Сибири 2”. Договор не был заключен и во время прошлых взаимных визитов Владимира Путина и Си Цзиньпина в 2024-м и 2025-м годах.
Официальные отчеты о ситуации на фронте всё сильнее расходятся с оценками военных аналитиков и заявлениями военкоров.
Глава МИД Сергей Лавров в интервью «Шанхайской медиагруппе» заявил, что с начала этого года российская армия взяла под контроль около восьмидесяти населенных пунктов, из которых тридцать пять — за март и апрель. Однако спутниковые снимки и данные западных разведок эти данные опровергают. О том, что заявление не имеет ничего общего с реальностью, намекают и Z-военкоры. По оценкам военных экспертов, весеннее наступление армии фактически остановилось, а на ряде направлений и вовсе зафиксирован обратный тренд: впервые с 2023 года армия начала терять ранее занятые позиции.
”
«Посмотрите, насколько всё перевернули дроны на этой войне. Логистика на переднем крае практически парализована, снабжать передовые позиции и поддерживать штурмовиков — это теперь лотерея. Сегодня невозможно не то что передвигать механизированные колонны, их даже накопить в одном месте нельзя — сразу палят с воздуха. Техника стала одноразовой, бойцам приходится на своих плечах тащить провизию и воду на десятки километров. А защиты от дронов у нас, по сути, нет. Главный комплекс активной защиты сейчас — обычное ружье двенадцатого калибра», — пишет военный корреспондент Александр Коц
Коллапс прифронтовой логистики фактически парализовал маневренные действия. Попытки продвижения хотя бы минимальными темпами оборачиваются серьезными потерями в живой силе.
Ситуацию на фронте военные журналисты всё чаще характеризуют как тупиковую. В эфире радио «Комсомольская правда» ведущий Иван Панкин и военкор Дмитрий Стешин открыто признали, что на отдельных участках, в частности в Запорожской области, инициатива переходит к ВСУ. Причиной этого они называют критическое преимущество в количестве беспилотников и уровне подготовки их операторов.
”
«Давайте говорить честно: ситуация на многих направлениях зашла в тупик, наступление фактически не развивается. В той же Запорожской области нас постепенно вытесняют с позиций, которые были заняты ранее с огромным трудом. У противника колоссальное превосходство в беспилотниках и операторах. Получается страшная математика: они расходуют дроны, а мы — собственную пехоту. Сюда же добавляются постоянные результативные удары по нашей ПВО и тыловой логистике. Перемещать колонны техники стало невозможно. В таких условиях нужно открыто признавать проблемы и думать, как всё это заканчивать», — подчеркивает военкор.
Разрыв между заявлениями дипломатов и реальностью в окопах создает опасный информационный вакуум. Эксперты отмечают, что попытки выдать минимальные продвижения за масштабный стратегический успех уже не находят отклика даже у лояльной аудитории, которая видит реальную цену каждого метра земли.
”
«Статистика Лаврова про 80 населенных пунктов — это продукт для внутреннего и, главное, для внешнего азиатского рынка, попытка сохранить лицо на фоне визита в Китай. Но реальные спутниковые снимки фиксируют стагнацию фронта.Россия оказалась в ситуации, когда экономика перегружена, ВЦИОМ фиксирует рекордное недовольство, а на фронте наступил технологический тупик. Рано или поздно руководству придется признать, что отчеты в папках не отражают реальное положение дел на земле», — дополняет Борисов.
Ситуация на линии боевого соприкосновения остается стабильно тяжелой. Сможет ли командование найти системное решение против беспилотного паралича или линия фронта продолжит двигаться в обратную сторону — покажут сводки конца мая.
Удары по энергетической инфраструктуре страны с каждым днем становятся все разрушительнее. В Самарской области под масштабную атаку беспилотников попал Сызранский НПЗ.
Из-за налёта в регионе вводили план «Ковер», полностью закрывая воздушное пространство. Губернатор области Вячеслав Федорищев подтвердил, что в результате атаки есть погибшие и раненые.
Предприятие принадлежит «Роснефти» и перерабатывает до восьми с половиной миллионов тонн сырья в год. Это уже второй крупный удар по заводу за последние пару недель. При этом защитные меры военных снова обернулись проблемами для мирных жителей.
”
«Взрыв был такой силы, что у нас в доме чуть крыша не съехала. Оказалось, дрон упал прямо в частном секторе между Ташкентской и Чимкентской улицами. Соседи говорят, его военные заглушили своими глушилками, вот он и рухнул на жилые дома, не долетев пары километров до завода. Ну и какая нам радость от такой работы? Завод они пытаются спасти, а мы тут как живой щит сидим под этими обломками», — отмечает жительницы поселка Металлистов в Сызрани.
Для Самарской области этот завод — ключевой налогоплательщик и производитель бензина, мазута и авиационного керосина. Эксперт топливного рынка Михаил Крутихин отмечает, что регулярные точечные попадания по таким гигантам ломают всю логистику поставок горючего в стране.
”
«Мы видим, что география ударов по НПЗ расширяется и становится системной. Сызранский завод — это огромный узел «Роснефти». Если его работа будет парализована, возникнет дефицит топлива не только в Поволжье. Придется перенаправлять потоки из других регионов, а это колоссальные затраты на логистику и неизбежный рост цен на заправках. Самое серьезное здесь то, что у нефтепереработчиков заканчиваются свободные мощности и импортное оборудование для быстрого ремонта после таких пожаров», — дополняет Крутихин.
Систематические налеты на нефтеперерабатывающие заводы в Самаре, Нижнем Новгороде и Москве создают кумулятивный эффект для всей российской экономики. А аналитики рынка уже прогнозируют новые скачки цен на бензин. В Крыму вже сообщили о подорожании всех видов топлива.
Цена жизни э солдата упала до минимума — как бы цинично это не звучало. В Башкортостане власти в очередной раз урезали региональные выплаты семьям погибших на СВО.
Правительство республики уже в четвертый раз с начала боевых действий сократило размер «гробовых» — теперь вместо пятисот тысяч рублей родственникам выплатят всего сто тысяч.
В общей сложности с начала СВО размер этой помощи в регионе уменьшился ровно в двадцать раз. В апреле 2022 года за погибшего семье выплачивали два миллиона рублей, потом сумму срезали до миллиона, затем до пятисот тысяч, и вот теперь — опустили до символической суммы в 100 тысяч, которой в Уфе едва хватит на скромные похороны и оградку.
”
«Сын погиб под Часовым Яром. Когда уходил, по телевизору обещали, что семья будет полностью защищена, что регион поддержит. А сейчас мы пришли оформлять документы, и нам говорят: указ обновился, вам положено всего сто тысяч рублей. Цены на ритуальные услуги выросли втрое, на эти деньги даже нормальную могилу не сделать и поминальный обед не собрать!», — говорит мать погибшего бойца Мария Капустина.
Башкортостан — один из лидеров по числу погибших на спецоперации, и такая экономия на в погибших ветеранах вызвана дырой в местном бюджете.
Ранее похожие сокращения льгот произошли во Владимирской и Кемеровской областях. Власти регионов оказались в капкане: чтобы затащить на фронт живых, им приходится постоянно поднимать единовременные выплаты за подписание контракта. В итоге деньги на миллионные бонусы новобранцам забирают у вдов и сирот.
”
«Бюджет республики трещит по швам. Хабиров вынужден выкручиваться: Москва требует выполнять план по набору добровольцев, а денег в казне нет. Вот они и режут социалку тем, кто уже никуда не пожалуется — мертвым. Получается дикий конвейер: живым при найме обещают золотые горы, а семьям тех, кто возвращается в цинке, платят гроши. Сто тысяч рублей сегодня — это плевок в лицо людям, которые потеряли кормильцев», — отмечает юрист Айгуль Сабитова.
Такой радикальный обвал выплат наглядно демонстрирует реальную экономическую ситуацию, в которой оказались российские регионы из-за затянувшейся СВО.
”
«Это классический дефолт региональной социальной системы, о котором мы предупреждали. Башкирский прецедент — самый яркий. Сократить выплаты в двадцать раз — это расписаться в том, что денег на войну больше нет. Губернаторы грабят семьи погибших, чтобы финансировать новые штурмы, но эта спираль не может крутиться бесконечно. Дела с региональными бюджетами сейчас плохи как никогда. Лозунг «своих не бросаем» окончательно превратился в «своих не страхуем», и этот тренд в двадцать шестом году будет только нарастать», — подчеркивает политолог Владимир Крамаров.
Пока федеральные чиновники отчитываются о росте ВВП, башкирские вдовы считают копейки, чтобы просто похоронить своих мужей.
Российский союз промышленников и предпринимателей направил Владимиру Путину предложение — дать право в судах России требовать возмещения ущерба от зарубежных компаний, если те не исполнили своих обязательств перед российскими партнерами из-за санкций.
Например, если у какой-то российской компании был поставщик на западе, который из-за введенных санкций резко перестал поставлять продукцию и нарушил контракт, чтобы с него можно было взыскать убытки в суде. Но есть один нюанс. Данные об этих убытках не должны публиковаться. То есть предприниматели требуют буквально запретить публикацию судебных актов в сети, чтобы не рассекретить масштабы своих убытков. Инициативу о запрете на публикацию контрисков поддержал Минюст, однако Минэкономразвития выступил против.
В ведомстве считают, что это «может создать неблагоприятный облик российской юрисдикции для потенциальных иностранных инвесторов». Однако деньги и так массово бегут из страны.
”
«Инвестиционная активность падает. Все, кто может, вывозят деньги из страны. Посмотрите статистику Центрального банка. Вывоз капитала из России за прошлый год — более 100 млрд долларов. Это значит, что никто не хочет вкладываться в родную страну и все деньги, какие есть, стараются максимально далеко от родной страны любыми способами увести. И, видимо, неплохо научились это делать. Поэтому какой же рост экономики?», — отмечает экономист Игорь Липсиц.
И экономика падает. Внутренний валовый продукт России стремительно сокращается. За первые месяцы этого года экономика ужалась почти на 2% и даже Минекономразвития ухудшил свои ожидания и снизил свой прогноз роста ВВП на текущий год. Накопительный эффект санкций дает о себе знать.
”
«Ну вот, допустим, лесная отрасль возьмём. Долгое время её накачивали кредитными ресурсами все крупнейшие банки под контракты на Европу. Э в итоге у лесной отрасли сотни миллиардов рублей долгов перед банковской системой и нет европейского рынка. А другого тоже нету. Вот это ярчайший пример того, почему экономика нагнулась, загнулась и падает на бок. Потому что когда вы вкладываете огромные деньги в то, чтобы работало под рынок, который действительно маржинальный, хороший, а потом вас лишают этого рынка, я говорю в первую очередь о Европе, потому что без Европы российская экономика не жизнеспособна. Ни лесная, ни угольная, ни металлургическая, ни нефтяная, ни газовая промышленность, никакая промышленность без Европы невозможна», — сообщает экономист Вячеслав Ширяев.
Выбраться из такой патовой ситуации помогла бы отмена санкций, говорит экономист. Целые отрасли экономики могли бы воспрять и перестать наконец генерировать убытки. Но для этого нужно возобновление мирного переговорного процесса, считают эксперты.
А пока об этом речи не идет. И все что остается крупным компаниям — это надеяться на компенсации в суде. При этом хорошо, если удастся скрыть свои колоссальные убытки от широкой общественности.
