Дизель раздора. Дроны атаковали предприятия «Башнефти» в Уфе. Трамп просит Зеленского не атаковать НПЗ. Киев согласен, если Москва сделает тоже самое
Утром 21 сентября после атаки БПЛА и взрывов начался масштабный пожар в промзоне Уфы на севере города, сообщают очевидцы.
В сети — десятки фото и видео огромного столба черного дыма над промзоной. Там расположены несколько нефтеперерабатывающих предприятий «Башнефти», которые неоднократно подвергались ударам БПЛА. Например, 27 августа горел НПЗ «Башнефть-Уфанефтехим». 5 августа пострадал завод «Башнефть-Новойл». 2 августа после атаки возник пожар на «Башнефть-УНПЗ». А после атаки 1 августа горел НПЗ «Башнефть-Уфанефтехим». Удары по Уфе практически не прекращаются — особенно громко было в начале июля и в конце июня. Какое именно предприятие пострадало на этот раз, пока не ясно, говорит эксперт нефтегазового рынка Михаил Крутихин.
С начала года ВСУ нарастили удары по объектам топливно-энергетического комплекса России. К сентябрю дроны не менее 70 раз поражали НПЗ, в результате чего объемы нефтепереработки в стране рухнули до минимумов за два десятилетия. Это привело к острому дефициту бензина и введению ограничений на заправках. 14 сентября президент США Дональд Трамп заявил, что Украина и Россия согласились прекратить атаки на энергообъекты. Зеленский якобы даже предлагал России «положить на стол» список объектов для энергетического перемирия. В Кремле публично называли инициативу Трампа «хорошей идеей», однако источники Financial Times говорили, что Владимир Путин не хочет заключать такое соглашение, поскольку рассчитывает, что атаки на украинскую энергетику могут заставить Киев пойти на уступки. Накануне Трамп снова выступил с очередной инициативой, говорит американист Евгений Трудный.
Более того, военное руководство Украины согласовало новые операции «с использованием оружия большой дальности». Об этом сообщил Зеленский по итогам встречи с новыми главнокомандующим ВСУ и министром обороны. Что это будут за удары и каковы их цели, анализирует военный аналитик Руслан Левиев:
В одном не приходится сомневаться — даже в глубоком тылу в России людям сейчас сложно чувствовать себя в безопасности, говорит военный аналитик.